33a504c8     

Козинец Людмила - Премия Коры



Людмила Козинец
Премия Коры
Художник Тиль принимал поздравления. Полвека труда, который правильнее
было бы назвать подвигом, - и вот высочайшая награда планеты: премия Коры.
Хрустальная фигурка юной прекрасной девушки и десять лет жизни сверх
положенного срока.
Хрустальную девушку вручал сам глава Союза Творцов. Художник Тиль стал
восьмым обладателем этой почетной награды. Кажется, вся планета поздравляла
его. Художник Тиль улыбался и благодарил.
Когда ушли гости, когда цветы устали источать аромат, когда сморщилась
кожица плодов в гравированных вазах и высохло пролитое вино, художник Тиль
сел в глубокое кресло и задумался. Скорее всего Тиль пытался вспомнить,
почему ее называют Кора, эту премию, девушку-жизнь. Он смотрел на нее
долго, лаская чуткими пальцами ледяное тело. Наконец совершенные линии
статуэтки расплылись в его глазах, и художник опустил веки, темные,
кожистые, как веки старой мудрой черепахи. Из-под коротких ресниц скатилась
слезинка и звонко разбилась о хрусталь.
И пришел в дом Тиля его старинный друг, поэт и скептик Дан. Он
неслышно поднялся по ступеням и остановился у окна. Он не поздравлял Тиля,
но с болью и грустью смотрел на него.
Друзья молчали, но слишком счастливым взглядом встретил художник Тиль
своего товарища, чтобы тот мог молчать долго. И он спросил:
- А знаешь ли ты, почему ее зовут Кора, знаешь ли, откуда взялся
нелепый обычай дарить годы, весь этот Фонд Жизни?
- Говори, - ответил Тиль. - Я знаю твою любовь к суевериям, всяким
страстям и россказням, но это меня не останавливает.
- Хорошо,- сказал Дан.- Я расскажу тебе подлинную историю Коры, а ты
за это налей мне вина в мой любимый кубок, вырезанный из розовой раковины.
Так слушай же. Это началось недавно, но об этом уже не помнят. Странно. Что
такое двести лет для вечности? А ведь история человечества вечна. Но я
отвлекся. Слушай же. Двести лет тому назад Совет планеты принял так
называемый Закон Жизни. Тщательный учет наличных и перспективных ресурсов,
ожидаемого развития технологии позволил установить точный срок жизни
каждого гражданина - 80 лет. Это было справедливо - за такой срок человек
успевал много сделать, много увидеть и узнать, приветствовать правнуков и
достойно уйти. Постепенно исчез даже глагол "умирать", сейчас все говорят:
"Он ушел". Годы, отпущенные каждому, можно было подарить, завещать, даже
унаследовать, если предопределенный срок прерывался трагической
случайностью - например, если погибал близкий родственник. Скоро все
привыкли к новому порядку вещей: он был удобен. А потом появилась и такая
форма награды - год, два, пять лет жизни, сообразно заслугам. И это тоже
было справедливо.
В те времена в нашем городе жил художник. Ты знаешь его картины. Его
имя мы сейчас вспоминать не будем. Назовем его просто - Мастер. Он этого
достоин.
Мастер был уже стар. По тогдашнему закону ему оставалось лет десять.
Те, кто знал его, говорили, что Мастер был буря и пламя. Неистовый,
неукротимый гений. И очень одинокий. Его знали все. А любила одна женщина.
Кора.
Однажды она пришла к нотариусу, подписала необходимые документы и
утром следующего дня ушла туда, откуда нет возврата. Понимаешь, ушла
добровольно! И в тот же день Мастер получил официальное уведомление, что по
завещанию Коры он получает в свое распоряжение почти шестьдесят лет.
Да-да, он тоже ушел. Почти сразу же. Ни родственников, ни близких не
нашлось. Годы его перешли в собственность Союза Творцов. Так образовался
Фонд Коры. И он пополн



Назад